Пересмотр в апелляционной инстанции дел узбекских бизнесменов Санжара Умарова и Надиры Хидоятовой, решивших в минувшем году создать оппозиционную коалицию «Солнечный Узбекистан», похоже, демонстрирует намерение власти уйти из-под огня международной критики с минимальными потерями.

Понятно, что сам по себе протест инициирован отнюдь не скромным прокурорским чиновником, а санкционирован высшим должностным лицом государства. В то же время мы далеки от мысли классифицировать этот шаг как проявление слабости режима, решившего «отыграть» ситуацию обратно.

Нет, конечно же. Ислам Каримов сегодня может позволить себе игнорировать петиции и резолюции правозащитных организаций, заявления высокопоставленных парламентариев и парламентов в целом. Он заручился поддержкой России, Китая, ряда других государств, где о демократических принципах вспоминают либо на митингах, либо не вспоминают вообще.

Так в чем же дело? Почему, продемонстрировав силу, Ислам Каримов тут же косвенно позиционирует себя как либерального политика?

Во-первых, он понимает, что «Солнечная коалиция» не есть конкурент действующей администрации. Слишком далека она от народа, а ее лидеры живут с ним на разных имущественных этажах. Не пересекаясь и даже не встречаясь случайно на «одной лестничной площадке». Не потому, что высокомерны, просто дома в «разных концах города».

Далее. События последнего времени убедили узбекского лидера и в том, что за спиной бизнесменов, объявивших о своем намерении реформировать страну, не наблюдается  влиятельных персон местного истэблишмента. А раз так, то не приходится ждать и заговора богатых против тех, кто при власти. Богатые и далее будут наблюдать ситуацию со стороны, находясь перед дилеммой: либо потерять все, что приобрели, ради весьма проблематичных свобод, либо, как и прежде, не отказывать себе ни в чем, пользуясь благами цивилизации в неограниченном объеме.

Второе. Ислам Каримов явно не желает уходить с поста с клеймом «кровавого диктатора» и «душителя демократических свобод». Он слишком амбициозен, чтобы не думать о своем месте в истории Узбекистана, и еще надеется, что войдет в нее в качестве жесткого, но справедливого политика. При удачном стечении обстоятельств такая официальная оценка деятельности нынешнего президента вполне вероятна. Причем, несмотря на внешнюю проблематичность и даже абсурдность.
К тому же, Ислам Каримов думает о будущем своей семьи, в частности, старшей дочери, на которую возлагает очень большие надежды и которая эти надежды старается оправдать.

Третье. Узбекский президент, приватно отдавший распоряжение снизить сроки отбывания уголовного наказания оппозиционерам, помнит, что они никогда публично не призывали к свержению главы государства. Более того, умом он понимает, что в перспективе этих людей полезнее приблизить к себе, нежели иметь в постоянных противниках. Пусть и на уровне риторики. Подобный расклад в ближайшей перспективе абсолютно не исключается. Если принять во внимание, что даже небольшое снижение сроков наказания позволяет далее применить амнистию к осужденным, можно предположить, что максимум через два года Санжар Умаров и Надира Хидоятова окажутся на свободе.

Почему через два? Только потому, чтобы не мешали. Тому, в частности, кого Ислам Каримов выберет лично в качестве достойного преемника и кто проведет президентскую кампанию в 2007 году. Проще говоря, самодеятельных претендентов на политическое лидерство лишь временно и очень ненадолго изолировали от общества. Не стремясь уничтожить, сгноив в тюрьме.

Четвертое.  Завершая свое пребывание на высшем государственном посту (дело идет именно к такому финалу), президент Узбекистана не желает оставлять страну в политической и экономической изоляции. Правда, отнюдь не потому, что спит и думает о счастье народа и его великом будущем. Это - химера для публики, а Ислам Каримов слишком прагматичен и рационален для подобных мыслей.

Президент, как это ни парадоксально звучит, действительно хочет оставить Узбекистан внутри международного сообщества, а не за его пределами.

Он достаточно умен, чтобы не понимать того очевидного факта, что порционные российские капиталы или виртуальная китайская поддержка, ситуации в экономике Узбекистана кардинально не изменят. А потому, переломив свое личное (и абсолютное, заметим) неприятие обеих фигур, засветившихся на оппозиционно-предпринимательском небосклоне, Ислам Каримов фактически дает понять Западу, что готов вернуться к рассмотрению вариантов возобновления сотрудничества.

Вопрос, поймут ли этот сугубо восточный и тонко завуалированный посыл западные коллеги?

Судя по тому, что 18 апреля президент Узбекистана принял прибывшего в страну представителя консервативной партии Великобритании, лорда Роберта Солсбери, Запад не столь примитивен, как это принято считать, и понимает посыл верно……