10 июня исполняется ровно год со дня начала так называемой революции в Киргизии, повлекшей за собой «этническую чистку» и в какое-то мгновенье поставившей под удар  мир и межнациональное согласие в государствах постсоветской Средней Азии. Есть мнение, что аналогичная участь могла постичь и Узбекистан. И главным действующим лицом здесь мог стать эмигрировавший из страны Салай Мадаминов, недавно избранный лидером оппозиционного Народного движения Узбекистана (НДУ), съезд которого прошел в Берлине.

Сегодня в некоторых статьях Салай Мадаминов предстает эдаким интеллигентом, которому чужда даже мысль о насилии. На самом деле он не имеет ничего общего с образом оппозиционера, действующего легальными методами. С июня 1993 года под его руководством осуществлялась нелегальная отправка молодых граждан Узбекистана в Турцию, где их обучали владению огнестрельным оружием и ведению боевых действий. В 1994 году С. Мадаминов договаривается со своим бывшим однокурсником, тогдашним вице-президентом Чечни З. Яндарбиевым, о том, что практическую «обкатку» узбекские парни будут проходить с чеченскими боевиками. Именно тогда была сделана запись, на которой зафиксирован совместный обед двух друзей, в ходе которого Салих, поддакивая Яндарбиеву,  говорит о необходимости перерезать глотки «русским свиньям». Тогда же зародились дружеские связи узбекского оппозиционера с Асланом Масхадовым и Шамилем Басаевым.

Помимо того, что Мадаминов наследил в Чечне, он был замечен в близких отношениях с бывшим премьер-министром Турции Нажметдином Эрбаканом, являющимся ярым приверженцем воинствующего суфизма. В тот период Салай выходит на «Фонд исследований тюркского мира», имеющий непосредственное отношение к турецким спецслужбам. При содействии фонда он начинает издавать литературу антиконституционного характера, которую нелегально переправляет на территорию Узбекистана.

Параллельно Салай Мадаминов ведет переговоры с руководителем международной террористической организации Исламское движение Узбекистана (ИДУ) Тахиром Юлдашевым. Знаковой стала встреча Мадаминова с лидерами ИДУ, которую обласканный турецкими спецслужбами поэт устроил в стамбульской гостинице «Элажак». Здесь в беседе с Юлдашевым, З. Аскаровым и представителем уйгурских сепаратистов Абдужалилом было принято решение о начале активной борьбы против действующей в Узбекистане власти. Ни о каких демократических методах речи не шло, разговор касался военных действий и террористических актов.

«Для меня не имеет значения, какой строй будет в Узбекистане - коммунистический, демократический или религиозный. Лишь бы я стал президентом», - заявил тогда амбициозный Мадаминов.

Эксперты оценивали то объединение сил действительно опасным, так как за Юлдашевым стояла военная сила, а Мадаминов привнес неограниченный финансовый ресурс. Достаточно отметить, что в то время он подписывал чеки по полмиллиона долларов, которыми в России, Афганистане, Пакистане оплачивали покупку оружия, взрывчатки и технических средств. Первым же взносом С. Мадаминова в «общее дело» стал перевод в 1 млн. 600 тыс. долларов. Тогда же заговорщиками в Алмате была организована база для координации действий террористов, которая осуществляла переброску в Узбекистан религиозно-экстремистской литературы, вооружения, а из страны - парней для обучения и прохождения практики в лагерях чеченских боевиков.

Достаточно сказать, что в то время было заготовлено полтонны взрывчатых веществ, которые затем развезли по Узбекистану, что и вылилось в серию взрывов в Ташкенте в феврале 1999 года. Кстати, эти взрывы должны были стать началом вторжения в Узбекистан со стороны Таджикистана боевиков Джумы Намангани. Такая договоренность была достигнута в Кабуле на встрече С. Мадаминова, Т. Юлдашева и Д. Намангани. Началу масштабной бойни помешали оперативные действия узбекского правительства.

После этого у Мадаминова была еще целая серия встреч и договоренностей с представителями самых разных международных террористических организаций. И игры эти продолжались до последнего времени. Это были и Хафиз Сайфулло Мансур (лидер запрещенной во всем мире «Лашкар-е Тойиба»), и Вахт Замин («Аль-Бад Муджахиддин»), и Неъматулло Хан («Джамаат-е Ислами»). С этими соратниками он встречался в разное время в Лахоре и Карачи. В какой-то момент С. Мадаминов пытался выйти из-под контроля турецких спецслужб и даже вел активные переговоры с запрещенной в этой стране партией «Бос-Гурд».

Таким образом, утверждать, что этот человек является оппозиционером, которому чужд насильственный подход и какие-либо связи с религиозно-экстремистскими организациям, мягко говоря, не совсем корректно.

Холмурод Абдусамад