После двадцати лет системных приписок и регулярного надувания щек, якобы долженствующих свидетельствовать о фантастических темпах экономического развития Узбекистана, наступило время частичного отрезвления. По крайней мере, для народа этой страны, столкнувшегося с тем, что с наступлением первых холодов исчезла значительная часть несомненных достижений цивилизации - природный газ, электроэнергия, бензин, дизельное топливо. Резко подорожали продукты питания (1 килограмм сливочного масла в Ташкенте стоит сегодня 30 000 сумов - $16 по курсу ЦБ, то есть половина размера минимальной зарплаты, установленной  президентом страны), коммунальные услуги, стоимость проезда на частном автотранспорте и далее по полной номенклатуре товаров и услуг. Плюс ко всему в осенне-зимний период 2011-2012 годов в связи с отключением от газоснабжения частных предприятий лишились работы сотни тысяч человек, а значит, без средств к существованию остались сотни тысяч и без того крайне малообеспеченных семей.

В древнем Самарканде, куда власть пытается заманить иностранных туристов проведением всяких помпезных мероприятий рекламного характера, нет ни газа, ни тепла, ни света. В частных беседах узбекские гиды рекомендуют приезжать сюда летом (летом не будет только воды, успокаивают они).

В Намангане местные органы власти понуждают граждан писать расписки, в соответствии с которыми те якобы добровольно отказываются от централизованного отопления и такого же централизованного газоснабжения.

В Андижане взорвался подъезд многоквартирного дома. Видимо, люди включили газовую плиту, чтобы согреться, и не заметили, как коммунальные службы газ отключили.

В Хорезме родителей школьников просят, чтобы дети на занятия приходили с одеялами. Отопления не будет.

Перечень аналогичных или схожих фактов можно продолжать до бесконечности. И все это на фоне радужного рапорта правительства Узбекистана о том, что за 9 месяцев этого года страна достигла еще более впечатляющих успехов, нежели какое-либо государство за всю историю человечества.

Профессиональные экономисты, отлученные от структур управления, задаются вопросом: почему все страны покупают энергоносители для развития экономики, а Узбекистан душит собственное производство, чтобы продать газ?

Пример. Предприятие строительной индустрии N, подключенное к газоснабжению,  ежемесячно пополняет казну в виде налогов и обязательных социальных платежей на 60 миллионов сумов, что составляет $35 000 по официальному курсу, установленному Центробанком Узбекистана. Ежемесячно оно потребляет 10 000 кубометров газа, естественно оплачивая их. Если этот газ продать за рубеж по реально сложившейся цене $175 за тысячу кубометров, казна пополнится всего на $1750. Улавливаете разницу между $35 000 и $1750?

Это арифметика Пупкина. Для того чтобы подсчитать убытки, наносимые экономике государства волевым отключением промышленности от газоснабжения, не надо быть даже историком или химиком по образованию. (Историк в Узбекистане первый вице-премьер (он же министр финансов), а химик - вице-премьер, отвечающий за нефтегазовую отрасль). Другими словами, совершенно очевидно, что действия правительства, инициировавшего переход части промышленных предприятий на альтернативные виды топлива, идут вразрез с интересами народа Узбекистана и государства в целом. Вопрос, почему правительство все-таки продает газ в ущерб собственной экономике,  фактически провоцируя недовольство народа? Эксперты полагают, что причин тому минимум две.

Причина первая - почти иссяк запас экономической прочности, заложенный при СССР. Почти, поскольку по железной дороге, рассчитанной на максимальную скорость состава 80 километров в час, еще курсирует испанский поезд, скорость которого в два с половиной раза выше.

Причина вторая – правительство и конкретные персоналии, занимающие в нем ряд ответственных кормовых должностей, пытаются скрыть от главы государства истинное положение дел в экономике, максимально далекое от нарисованного в официальных отчетах. Попросту – системные приписки. Есть данные, свидетельствующие о том, что на самом деле объем ежегодной добычи природного газа в Узбекистане не превышает 38-42 миллиардов кубометров, что чуть ли не наполовину меньше того, что фигурирует в сводках.

Проще говоря, продавать на экспорт нечего, выполнять контракты необходимо, а что до народа, за чей счет традиционно покрываются издержки экономического менеджмента и коррупции, то его мнением можно пренебречь. Он все равно будет молчать.

На первый взгляд, тезис безупречный, но только на первый. Видимо, не все так просто в родном отечестве, и это хорошо понимают в правительстве, высшие должностные лица которого на всякий случай отправили своих детей и внуков в дальнее и несравненно более спокойное и комфортное зарубежье. Тот же историк, управляющий всеми финансами Узбекистана, говорят, настоятельно рекомендовал семье дочери перебраться на Филиппины. Что та и сделала.

Чем дальше от народа, тем безопаснее, надо полагать.

Санжар Искандар

P. S.

Когда материал был подготовлен к публикации, мы получили сообщение об аресте сотрудников администрации Восточно-Сохского газохранилища. Арестованным, судя по всему, инкриминируют нанесение экономического ущерба, халатность, превышение должностных полномочий и так далее. Для сведения скажем: это газохранилище, еще при советской власти построенное для обеспечения части Ферганской долины природным газом, принадлежит Узбекистану, но географически расположено на территории Кыргызстана. Известно, что проблемы, стабильно возникающие со столь неоднозначным статусом хранилища, до Ташкента доходили, но решить их здесь либо не смогли, либо не пожелали. Поступили проще и как всегда – сработали по принципу самолета, отбрасывающего тепловые заряды, чтобы не попасть под обстрел. Или по принципу самосвала – кому как нравится. Цель? На максимально возможное время сохранить себя, свои должности и сопутствующие им привилегии сугубо материального характера.

Обычная для современного Узбекистана методика.