В Узбекистане подделывают казахстанскую муку

Мукомольный комбинат в Узбекистане поймали на использовании брендов казахстанских компаний.

– У нас в Узбекистане работает СП “Дани Нан-Ташкент” по реализации нашей продукции. Его работники мониторят рынок, и они уже давно заметили, что в магазинах и на рынках активно продают муку в упаковке, похожей на “Dani Nan”, – рассказал “КАРАВАНУ” директор ТОО “Дани-Нан” Гайбилла ЕРМЕТОВ. – Такие факты они регистрируют регулярно, начиная с 2014 года. Мы много раз писали в правоохранительные органы, в Генеральную прокуратуру. При ней работает департамент по борьбе с экономическими преступлениями. Но всякий раз мы получали отписки.

Недавно работники СП, наконец нашли производителя контрафактной продукции. Им оказался мельничный комбинат в селе Ханабад Аккурганского района Ташкентской области. Привели за руку милицию и в их присутствии проверили склад. И нашли мешки, маркированные казахстанскими брендами – от костанайских до шымкентских.

Объем производства контрафакта в Узбекистане огромен. Подделывают практически все популярные марки. Главное, чтобы было указание, что мука сделана в Казахстане.

– Например, сегодня Самарканд завален мукой под нашим брендом. Но мы туда товар не поставляли, – рассказывает Гайбилла Ерметов. – Чтобы заполнить все прилавки такого большого города, надо иметь минимум 100 тонн муки в день. Это огромные цеха там работают. Из-за недобросовестной конкуренции снижаются наши продажи. Раньше мы продавали в месяц 8 тысяч тонн, сейчас – 5 тысяч тонн муки.
Расцвет контрафакта связан с ростом переработки зерна в Узбекистане, уверен глава ТОО. Благодаря налоговой политике Ташкент всё больше покупает пшеницы и всё меньше – готового товара. Появляются новые мельницы. Но все они безымянны. Поэтому пользуются уже раскрученными казахстанскими брендами.

– Что они туда насыпали – мы не знаем, – подчеркивает президент Союза зернопереработчиков РК Евгений ГАН. – Это проблема безопасности потребителя. Но есть и экономические потери: каждому покупателю не объяснишь, почему хорошая прежде мука испортилась. Всё это будет снижать спрос на наш товар. Наши компании дорожат своим именем. Казахстанский хлеб – пока единственный наш товарный бренд. В другой стране завоевать доброе имя очень тяжело. А испортить репутацию очень легко.

В лучшие годы Узбекистан закупал 1,2 миллиона тонн муки в год. В 2019 году мы смогли поставить соседу уже 390 тысяч тонн. Снижение в 3 раза. За это же время поставки зерна выросли с 650 тысяч тонн до 2,3 миллиона тонн. Грубо говоря, в 4 раза. Нашему министерству торговли и интеграции стоит поучиться у узбекских коллег, как надо защищать и развивать свой рынок.

– Соседи системно подходят к развитию своей перерабатывающей промышленности. Это факт неоспоримый, – считает Евгений Ган. – Мы уже неоднократно говорили: Казахстан торгует зерном и мукой на условиях равного доступа. Страны-импортеры могут спокойно закупать зерно, как сырье, так и муку, как продукт переработки из этого сырья. В то же время все наши партнеры ограничивают ввоз муки. То есть доступ к их рынкам неравный.

Самый показательный пример – Таджикистан. Налог на ввоз пшеницы здесь 10 процентов, на муку – 18 процентов. Этот перекос стимулирует таджикский бизнес к развитию собственной переработки, нацеливая его на ввоз зерна. Что в результате происходит? Сегодня мы поставляем туда более 1 миллиона тонн зерна. А уровень экспорта муки скатился до уровня 50–60 тысяч тонн в год. Хотя еще буквально десятилетие назад он был на уровне 500–600 тысяч тонн.

Аналогично действует и Узбекистан. С 2011 года Ташкент применял акцизы на казахстанскую муку. В 2017 году, после долгих переговоров, они были сняты. Но была введена импортная таможенная пошлина. Сегодня Узбекистан применяет акцизную пошлину 10 процентов на все продукты переработки. На зерно пошлина нулевая.

С точки зрения руководства этих стран они защищают своего переработчика и рамках этого применяют торговые ограничения. Мы могли бы точно так же работать, если бы воспользовались условиями неравного доступа. Самый простой способ – установить экспортную пошлину в Таджикистан и Узбекистан в те же 18 процентов. Что уравновесит затраты на сырье и продукт и позволит казахстанским мукомолам хотя бы биться на равных.

Мукомолы обречены бороться за рынок Узбекистана, так как именно эта страна вытесняет наш товар с другого важнейшего направления – Афганистана. Эта страна в прошлом году закупила 59 процентов всего казахстанского экспорта. На сам Узбекистан пришлась четверть экспорта муки.

Теоретически есть и другие рынки – Россия и Китай. В прошлом году мы продали на север 67 тысяч тонн муки. Это четвертый по важности экспортный рынок для нас. Но Россия сама активно присутствует в Казахстане и выполняет роль регулятора для нашего, отечественного, рынка.

С Китаем всё сложнее. Поднебесная всегда была ориентирована на покупку сырья, чтобы самой производить готовый товар. Поэтому зерно пойти туда может, а вот мука – вряд ли.

Другой вариант развития – выходить на глубокую переработку. По мнению министерства сельского хозяйства РК, такая диверсификация – самый лучший выход из ситуации.

Теоретически производство сухой пшеничной клейковины может снять с рынка миллион тонн. Почему теоретически? Сама отрасль в Казахстане перестала быть инвестиционно привлекательной. Все мельницы в стране закредитованы. Залогов у них нет. Свободных денег немного. При этом новое производство достаточно дорогое. По оценке Евгения Гана, один промкомплекс будет стоить около 50 миллионов долларов и будет долго окупаться – около 10 лет.

– Это длинные и тяжелые деньги. Все проекты надо делать на основе государственно-частного партнерства. Причем долгосрочного. Не так, как у нас получилось с субсидированием инвестпроектов ранее: предприятие под обещание правительства набрало кредитов, год прошел, а потом им говорят, что деньги кончились. Очень высокие риски. Люди боятся потерять капитал. И мы не видим твердых гарантий со стороны государства.

Более того, попытки стабилизации рынка муки в марте – апреле этого года, после введения режима ЧП, показали некомпетентность лиц, принимающих решения. Когда объявили ЧП, народ потянулся в магазины и стал закупать соль, спички, сахар, макароны, консервы и туалетную бумагу. В числе прочего с полок смели и муку. Акимы некоторых областей начали обращаться в правительство и в МСХ, что муки, мол, в магазинах нет, надо что-то делать. А то, что мука – это промежуточный продукт, начинать-то надо с зерна, никто и не вспомнил.

– Я встречался с министром сельского хозяйства 19 марта как раз по поводу возможного закрытия экспорта муки и прямо сказал, что это глупость. Чего-чего, а муки у нас достаточно, – рассказывает глава ассоциации. – Скажите, в какой регион – всё привезем. Тем более мы это проходили не один раз. Когда у нас раскупили туалетную бумагу, никто же не стал закрывать ее экспорт. Но в итоге решение было принято неправильное, необоснованное и политизированное. Видимо, под нажимом акимов.

На правительственном часе 16 марта министр сельского хозяйства сообщил, что в стране есть 10,2 миллиона тонн зерна. При этом внутреннее потребление до 1 июня составит 5,8 миллиона тонн. Экспортный потенциал – 3,1 миллиона тонн, переходящий остаток – 1,3 миллиона тонн. То есть 16 марта министр сельского хозяйства официально говорит, что угрозы голода в стране нет, а 22 марта введен запрет на экспорт муки. И уже 4 апреля введено квотирование экспорта зерна и муки.

Проблема на тот момент была не в дефиците муки, а из-за слабых каналов доставки ее в торговлю: муки было достаточно, ее просто не успевали довозить до магазинов из-за ажиотажного спроса.

Потом решили квотировать экспорт. Почему? Да потому, что у нас никто не знает точное количество зерна в стране. По статистике у товаропроизводителей всегда остается 300–500 тысяч тонн переходящим остатком на следующий год. Это воздух, который не успевают списывать. Почему это происходит? Потому что в эту систему включены акиматы. Размер урожая – один из критериев оценки их работы. А вся система заточена под превышение результата прошлого года. Отсюда и возникают приписки. Как итог мы создали условия для роста цены на хлеб. В июне 1 килограмм пшеницы стоил 100 тенге. Понятное дело, подскочила в цене и мука. А за ней – и хлеб. Всё взаимосвязано.

АЛМАТЫ

Автор: Адил Урманов

Издание «Караван», 31 августа 2020 года

Свежие публикации

Началась ротация судейских

По информации из достоверных источников, председатель Ташкентского городского суда по уголовным делам Бахтиёр Исламов освобожден от занимаемой должности и назначен первым заместителем государственного советника президента Узбекистана Турсунхана Худойберганова...

На безрыбье и Акаев сгодился

Бывший президент Кыргызстана Аскар Акаев, бежавший из своей страны весной 2005 года, дал более чем пространное интервью Национальному информационному агентству Узбекистана. Комментируя преобразования в Узбекистане, он сравнил реформы Шавката Мирзиёева...

Ешь ананасы, рябчиков жуй…

В 1,5 миллиарда сумов ($150 тысяч) обошелся налогоплательщикам фуршет для членов Сената, депутатов Законодательной палаты и правительственных чиновников, принявших участие в собрании...

Асад выдвинул ультиматум

Директор Агентства информации и массовых коммуникаций Асад Ходжаев, под предлогом недостоверности, разослал в местные электронные СМИ предупреждение о недопустимости публикации социально значимых фактов, пригрозив «серьезными правовыми последствиями»...

Гнильё — гнильё и есть

3 ноября наше издание опубликовало письмо («Гнилые дыни гнилого бизнеса») соотечественницы, проживающей в Швейцарии, доверившейся узбекскому предпринимателю, обещавшему поставить в Европу качественную сельхозпродукцию. Однако получателю отправили гнильё...

Пан или пропан

Министерство энергетики Узбекистана распространило заявление, согласно которому единственный возможный путь «для последовательного развития экономики страны» - поэтапный переход промышленных предприятий на альтернативные источники энергии...

Совесть в обмен на кресло

В октябре и ноябре 2020 года произошли не замеченные общественностью два события, которые ярко и негативно характеризуют судебную систему в стране. Военный суд Республики Узбекистан оставил в силе приговор в отношении бывшего полковника МО Акбара Ярбабаева и приговор в отношении политолога Рафика Сайфулина...

Слова не мальчика, но мужа

Электронные средства массовой информации Узбекистана дружно зашлись в праведном гневе от слов мэра Ташкента Джахонгира Артыкходжаева, поставившего под сомнение альтруизм волонтеров и перспективу создания их профессиональной ассоциации...

Публикации по теме

Сейчас читают
Популярное

На безрыбье и Акаев сгодился

Бывший президент Кыргызстана Аскар Акаев, бежавший из своей страны весной 2005 года, дал более чем пространное интервью Национальному информационному агентству Узбекистана. Комментируя преобразования в Узбекистане, он сравнил реформы Шавката Мирзиёева...

Началась ротация судейских

По информации из достоверных источников, председатель Ташкентского городского суда по уголовным делам Бахтиёр Исламов освобожден от занимаемой должности и назначен первым заместителем государственного советника президента Узбекистана Турсунхана Худойберганова...

Ешь ананасы, рябчиков жуй…

В 1,5 миллиарда сумов ($150 тысяч) обошелся налогоплательщикам фуршет для членов Сената, депутатов Законодательной палаты и правительственных чиновников, принявших участие в собрании...

Асад выдвинул ультиматум

Директор Агентства информации и массовых коммуникаций Асад Ходжаев, под предлогом недостоверности, разослал в местные электронные СМИ предупреждение о недопустимости публикации социально значимых фактов, пригрозив «серьезными правовыми последствиями»...

Гнильё — гнильё и есть

3 ноября наше издание опубликовало письмо («Гнилые дыни гнилого бизнеса») соотечественницы, проживающей в Швейцарии, доверившейся узбекскому предпринимателю, обещавшему поставить в Европу качественную сельхозпродукцию. Однако получателю отправили гнильё...

Слова не мальчика, но мужа

Электронные средства массовой информации Узбекистана дружно зашлись в праведном гневе от слов мэра Ташкента Джахонгира Артыкходжаева, поставившего под сомнение альтруизм волонтеров и перспективу создания их профессиональной ассоциации...

Пан или пропан

Министерство энергетики Узбекистана распространило заявление, согласно которому единственный возможный путь «для последовательного развития экономики страны» - поэтапный переход промышленных предприятий на альтернативные источники энергии...

Совесть в обмен на кресло

В октябре и ноябре 2020 года произошли не замеченные общественностью два события, которые ярко и негативно характеризуют судебную систему в стране. Военный суд Республики Узбекистан оставил в силе приговор в отношении бывшего полковника МО Акбара Ярбабаева и приговор в отношении политолога Рафика Сайфулина...